Интервью

"Производство дороже лома": владелец "Севкабеля" — о продаже завода

15 декабря 2020 года
Просмотров: 1758

Обанкротившийся завод по производству кабеля «Севкабель» продолжает переезд на новую площадку на территории Кировского завода. Как сообщил РБК Петербург управляющий директор банка непрофильных активов «Траст» (собственник холдинга «Росскат», в который входит завод «Севкабель») Александр Меньщиков, на новой площадке производство возобновится в начале 2021 года.

В интервью РБК Петербург он рассказал, как старейший кабельный завод в России будет работать в условиях банкротства, и раскрыл дальнейшие планы по продаже актива.

 

В НОВОМ ГОДУ

— Какова судьба производства «Севкабеля» в ближайшей перспективе?

— Банк непрофильных активов заинтересован в возобновлении деятельности предприятия, поскольку «Траст» — один из основных кредиторов и собственник холдинга «Росскат». Когда процедура оздоровления завершится, мы бы хотели видеть в качестве актива работающее производство. Будем надеяться, что бывший менеджмент полностью передаст все имущество конкурсному управляющему и завод заработает в ближайшее время.

— То есть сейчас производство на Кожевенной линии остановлено?

— На этот вопрос предстоит ответить конкурсному управляющему. На старой территории предприятие функционировало под управлением УК «Политбюро» до 27 октября 2020 года. Окончательное решение о релокации завода совет директоров не принимал и не согласовал. На сегодня юридический адрес предприятия находится на территории Кировского завода. По моей информации, переезд не завершен, переехали только два цеха из шести. Что с остальными четырьмя — мы не знаем, УК «Политбюро» еще передает предприятие. Сейчас, по нашим данным, предприятие на новом месте больше напоминает стройплощадку — ремонт помещений ещё не завершён, оборудование смонтировано частично, то есть «Севкабель» как завод, производящий продукцию, не функционирует. Что касается старого цеха на Кожевенной линии, то доступа у нас туда нет, но я сомневаюсь, что там что-то сейчас производится.

«Сейчас предприятие на новом месте больше напоминает стройплощадку»

— Кто сейчас несёт ответственность за рабочий штат «Севкабеля»? Это около 700 человек.

— Юридическую ответственность за сотрудников и предприятие сейчас несёт конкурсный управляющий — это независимое физическое лицо, назначенное судом. Мы же как акционеры понимаем, что работающий завод — это не только станки и стены, а прежде всего персонал. Поэтому сохранить средний менеджмент и работников — и в наших интересах.

— Вы как акционер в курсе, что сейчас с сотрудниками?

— В октябре во время нашего последнего конструктивного взаимодействия с УК «Политбюро» менеджеры сообщили, что часть сотрудников отправлена ими в административный отпуск до конца декабря, они будут дожидаться запуска предприятия на новой площадке. Часть сотрудников продолжают осуществлять демонтаж станков на Кожевенной линии.

— То есть «Севкабель» заработает в полную мощность на территории Кировского завода в конце декабря этого года?

— Я бы не стал анонсировать дату запуска. Сейчас независимый конкурсный управляющий проводит анализ текущего состояния производства. Окончательный вывод можно будет сделать, когда бывший менеджмент представит собранию кредиторов отчет о состоянии завода. Ориентитовочно полная картина с ходом переезда, состоянием штата компании появится в начале 2021 года.

 

ПРОБОИНА, КОТОРАЯ НАЧАЛА ТОПИТЬ КОРАБЛЬ

— Вы ранее говорили, что «Севкабель» стал банкротом из-за поручительства по кредитам материнской компании АО «Росскат», которые холдинг оказался не в состоянии выплатить. Под что брались эти кредиты?

— Нельзя рассматривать отдельно «Росскат» и отдельно «Севкабель», это единый холдинг. Кредиты брали на развитие холдинга. И «Росскат», и «Севкабель» работают с большими заказами по изготовлению кабеля. Чтобы исполнить некоторые контракты с отсроченными платежами, компании необходимо закупать сырьё, материал, изготовлять продукцию, осуществлять поставки, и только через 75-90 дней она получит оплату за произведённый товар. Взятые кредиты были вложены в производство.

— Справедливо ли говорят эксперты о нецелевом использовании этих кредитов?

— Наше внутренне расследование не показало их нецелевого использования. Другой вопрос, что, проводя аудит «Росската» в 2019 году (в декабре 2019 года «Траст» принял управление «Росскатом» — ред.), наши специалисты нашли нарушения, связанные с налоговым законодательством. Прошлое руководство компании (тогда гендиректором «Росската» был Николай Таран — ред.) применяло запрещённые схемы оптимизации налогов, в том числе выводило НДС. Решением судов установлено, что организатором схем по неуплате налогов являлось прежнее руководство. Эти действия наложились на здоровую деятельность компании и привели к тому, что эта пробоина начала топить корабль. Если бы не было глобальных налоговых нарушений, возможно, «Росскат» продолжил бы обслуживать эти кредиты, и предприятие не попало бы в предбанкротное состояние.

«Эти действия привели к тому, что эта пробоина начала топить корабль»

— Помимо невозможности выплачивать кредиты, чем обернулось для компании применение «запрещённых налоговых схем»?

— До нашего внутреннего расследования, проверки — и камеральную, и выездную, проводили налоговые органы. Отмечу, что к банку непрофильных активов ГК «Росскат» перешла как бывший актив «Автовазбанка», уже будучи закредитованной, а налоговые нарушения уже были допущены. Налоговые органы нашли нарушения с 2013 года по 2018 год. Дело рассматривалось в арбитражном суде, где налоговая на основании своих расследований предоставила детальную схему вывода НДС и назвала участников этой схемы. Суд, убедившись, что «Росскат» отклонялся от уплаты НДС, обязал компанию выплатить НДС за 2013-2016 годы в размере 1,7 млрд руб. Следующая проверка налоговой выявила ещё неуплату налогов на сумму 3,3 млрд руб. В совокупности «Росскат» сейчас должен налоговой 5 млрд руб.

— Это помимо кредитной задолженности?

— Да, помимо этого не погашено 3,3 млрд руб. перед «Сбербанком» и 2,3 млрд руб. перед банком «Траст». Итого долгов на 10 млрд руб. Тем не менее, ключевым негативным фактором для будущего холдинга, на мой взгляд, стали именно нарушения налогового законодательства.

— Как ПК «Севкабель» связан с этими долгами?

— «Севкабель» как предприятие холдинга был связан поручительством по кредитам материнской компании и, естественно, он как дочерняя структура подвержен тем же претензиям от кредиторов. Мы были вынуждены инициировать упрощенную процедуру банкротства и «Севкабеля», и «Росската» для финансового оздоровления всего холдинга. Это шанс сохранить заводы холдинга, в том числе «Севкабель».

«Мы были вынуждены инициировать упрощенную процедуру банкротства и «Севкабеля», и «Росската» для финансового оздоровления холдинга»

— Как именно это поможет сохранить производство? Можно ли было обойтись без процедуры банкротства?

— Без банкротства в этой ситуации не обойтись, потому что у компании нет денег выплачивать долг в 10 млрд руб. за счет операционной деятельности. С весны по октябрь 2020 года холдинг как системообразующее предприятие от банкротных исков защищал мораторий на банкротства. В октябре после его окончания мы, как и ожидали, получили претензии от налоговой и «Сбербанка». Сейчас мы хотим провести санацию и путём замещения активов восстановить деятельность предприятия. И заняться поисками профильного инвестора, чтобы к 2023 году завершить работу с активами, поскольку это задача, поставленная перед нами акционером — Банком России.

 

ЛОМ VS РАБОТАЮЩЕЕ ПРЕДПРИЯТИЕ

— Как на положение «Севкабеля» на рынке повлияет история с банкротством?

— Сейчас на рынке отмечается стабильный спрос на кабельную продукцию, думаю, он сохранится в ближайшее время. У «Севкабеля» — узкоспециализированная продукция, связанная с геофизическим кабелем, с радиочастотным, с судовым кабелем. Вот эту нишу предприятие продолжит занимать.

— Есть риск, что Севкабель лишится своей ниши на рынке из-за банкротства?

— Риск есть, но говорить, что двери на рынке для «Севкабеля» закроются навсегда, я бы не стал. Потому что это старейшее кабельное предприятие в России, бренд очень известен на рынке. Некоторые контрагенты, которые уже покупали кабель, ждут даты запуска завода, потому что им нужен исключительно продукт «Севкабеля».

— Вы ранее упомянули, что у вас есть в планах продать «Севкабель»?

— Наша стратегия подразумевает проведение финансовых мероприятий с активом и дальнейшую его реализацию в рынок. Поэтому да, ищем инвесторов для «Севкабеля». Впрочем, поэтому мы и заинтересованы в сохранении производства, так как завод, продающийся по частям как лом, стоит в разы дешевле работающего предприятия.

— Во сколько оцениваете стоимость завода?

— Тяжело сказать, потому что стоимость будет зависеть от объема производства линий, которые будут там функционировать. Это будет известно только после завершения передачи завода от УК «Политбюро» и его запуска на новой территории. Сам процесс финансового оздоровления предприятия займёт примерно полтора года.

— Есть риск, что старейший кабельный завод России переедет из Петербурга?

— Вопрос к новому собственнику. Не вижу смысла его переносить, потому что переезд промышленного предприятия — это сложная трудоёмкая процедура. Возможно, будущий владелец со мной не согласится.

— Я слышала, что вы хотели продавать завод «Акрон-Холдингу». Насколько это близко к правде?

— Предприятие будет выставлено на открытые торги. В нем сможет принять участие любой желающий, в том числе и «Акрон».

«Мы заинтересованы в сохранении производства, так как завод, продающийся по частям как лом, стоит в разы дешевле работающего предприятия»

— Пока завод не продан, кто будет им управлять?

— Конкурсный управляющий будет заниматься делами завода ближайшие полтора года. Решение по развитию предприятия будут принимать основные кредиторы, к которым относится и банк непрофильных активов.

— Почему вы отказались от прежнего менеджмента — «Политбюро» в лице бывшего гендиректора завода «Севкабель» Сергея Ярмилко?

— Договор на управление УК «Политбюро» был заключен задолго до нас сроком на три года и в октябре 2020 года прекратил действие. По нашему мнению, банкротство завода связано не только с кредитами «Росската», но также является следствием неэффективного управления УК «Политбюро». Обладая информацией о задолженности АО «Росскат» перед ФНС, управляющая компания допустила подписание договоров поручительства по кредитам материнской компании. Сейчас кредиторы предъявили «Севкабелю» требования по этим кредитам на общую сумму более 5 млрд руб.

Кроме того, обладая с 2017 года информацией о необходимости перевоза завода на новую площадку, управляющая компания потратила в 2018-2020 годах более 1,4 млрд руб. на выплату себе вознаграждений, не сформировав при этом резервы необходимые для переезда предприятия. В итоге срок аренды закончился, предприятие так и не переехало, что обусловило необходимость его остановки. В сложившейся ситуации кредиторы были вынуждены предъявить требования о банкротстве завода. Кроме того, после истечения срока действия договора мы назначили на предприятие новый исполнительный орган, но управляющая компания уклонялась от передачи управления вплоть до введения конкурсного производства и предпринимала недружественные действия.

— Какие именно?

— Например, они через судебных приставов пытались оспорить наше решение о ликвидации компании, что в целом затянуло процесс передачи управления. Из-за этого почти на месяц предприятие осталось без единоличного органа управления. Более того, «Политбюро» в начале октября сменило генидиректора УК Сергея Ярмилко на некого Зелимхана Хаптукаева, который номинальное лицо и никакого отношения к кабельной отрасли и промышленности не имеет. А Александр Вознесенский вышел из состава учредителей УК «Политбюро», что нам показалось странным, так как по нашей информации лицом, принимающим решения по деятельности УК «Политбюро», является именно он.

— Смена топ-менеджмента вызывает вопросы, потому что в 2014-2017 годах именно под руководством Вознесенского проводилось антикризисное управление «Севкабелем», и его можно назвать успешным. По данным информационной системы «СПАРК-Интерфакс», прибыль предприятия последние несколько лет растёт, в частности, прибыль в 2019 году увеличилась более чем в два раза по сравнению с 2017 годом.

— В 2020 году мы не довольны финансовыми результатами управления предприятием. Несмотря на неплохую ситуацию на рынке по сбыту кабеля и интерес к продукции, по итогам девяти месяцев мы зафиксировали 50%-е падение выручки у «Севкабеля». При этом по аналогичным заводам, например, у «Росската», мы такого не видели. В целом на кабельном рынке максимальное падение по прибыли у заводов было весной из-за локдауна на 10-15%, потому что многие клиенты отложили свои инвестиционные проекты и решили закупать кабель позже. То есть серьёзное падение выручки у «Севкабеля» не обосновано экономическими причинами, а связано с ошибками в управлении.

— Правда ли, что «Политбюро» ещё до банкротства хотело выкупить у вас обратно оборудование «Севкабеля», но вы им отказали?

— В разговорах это действительно обсуждалось, но никаких коммерческих предложений в «Траст» не поступало. Говорить о нашем отказе некорректно, потому что серьёзных намерений и шагов в этом направлении не было.

 

ПРОБЛЕМНЫХ АКТИВОВ СТАНЕТ ЕЩЁ БОЛЬШЕ

— У банка много разных активов. У каких отраслей появились проблемы из-за пандемии?

— Отрасли, которые наиболее пострадали в кризис — коммерческая недвижимость, досуг, рестораны, отели. Мы видим это по своим активам. Если на период вхождения в кризис эти активы были сильно закредитованы, то с началом пандемии в случае, если компания не может договориться о реструктуризации задолженности с банком, банк вынужден начать процедуру банкротства

— Какие активы в этот кризис наоборот, стали более перспективными?

— Однозначно бенефициарами этого кризиса стала строительная отрасль. В ней сильно выросли темпы продаж, в том числе благодаря инструментам господдержки — льготной ипотеки. Но вообще есть примеры, когда предприятия из пострадавших отраслей добились хороших результатов, несмотря на кризис. Всё зависит от управления.

— Можно подсчитать, насколько вырастет к концу года количество проблемных активов в портфелях банков?

— Сейчас сложно оценивать ситуацию. Пандемия не закончилась, и связанные с нею ограничения мешают работе ряда отраслей. Можно прогнозировать рост в сегменте работы с проблемными активами, но сложно предсказать динамику в цифрах.

«Зачем нас спасать?»

Отметим, что ранее бывший генеральный директор ПК «Севкабель» Сергей Ярмилко сообщал РБК Петербург, что УК «Политбюро» поддерживает намерение банка «Траст» сохранить производство. Однако, по его словам, за период переговоров между менеджментом завода и банком с декабря 2019 года «никаких действий и решений, необходимых для осуществления этого намерения, не производилось». «Мы как люди, которые управляли этим производством три с половиной года, не понимаем, как можно спасать, сохранять рабочие места через последовательную ликвидацию и банкротство, которое объявлено. Мы каждый год имели выручку в 7,5 млрд и годовую прибыль по 350 млн рублей. Долгов у нас никогда не было. Зачем нас спасать? Нас спасать точно не надо», — заявлял он.


Автор: Виктория Саитова, РБК